Апостол наставляет уверовавших во Христа и присоединенных к Церкви: Приступисте к сионстей горе и ко граду Бога живаго, Иерусалиму небесному и тьмам ангелов, торжеству и церкви первородных на небесех написанных, и судии всех Богу, и духом праведник совершенных, и к ходатаю завета нового Иисусу ( Евр. 12, 22-23). Мы не отделены от наших умерших в вере братьев непроходимой пропастью смерти: они нам близки в Боге, у Которого «все живы» ( Лк. 20, 38).

         Церковь воспевает эту связь в кондаке праздника Вознесения Господня: еже о нас исполнив смотрение, и яже на земли соединив небесным, вознеслся еси во славе Христе Боже наш, никакоже отлучаяся, но пребывая неотступный, и вопия любящим тя: аз есмь с вами, и никтоже на вы.

         Конечно, есть различие между Церковью Христовою на земле и Церковью святых на небе: члены земной Церкви еще не являются членами небесной.

         По этому поводу «Послание Восточных Патриархов» (17 век), в ответ на учение кальвинистов о единой невидимой Церкви, так формулирует православное учение о Церкви: «Веруем, как и научены верить, в так именуемую, и в самой вещи таковую, то есть Святую Вселенскую Апостольскую Церковь, которая объемлет всех и повсюду, кто бы они ни были, верующих во Христа, которые, ныне находясь в земном странствовании, не водворились еще в отечестве небесном. Но отнюдь не смешиваем Церкви странствующей с Церковью достигшей отечества, потому только, как думают некоторые из еретиков, — что та и другая существует, что обе они составляют как бы два стада одного Архипастыря Бога и освящаются одним Святым Духом. Такое смешение их неуместно и невозможно; поелику одна воинствует и находится еще в пути, а другая торжествует уже победу, достигла отечества и получила награду, что последует и со всею Вселенской Церковью».

         И действительно, земля и небесный мир — две разные формы бытия: там на небе, бестелесность, — здесь, на земле, телесная жизнь и физическая смерть; там достигшие, здесь ищущие достигнуть; здесь вера, там лицезрение Господа; здесь надежда, там исполнение.

         И тем не меннее, нельзя представлять существование этих двух областей, небесной и земной, совсем раздельным. Если мы не достигаем святых небесных, то зато святые достигают нас. Как изучивший всю науку владеть ее началом, как полководец, вошедший внутрь страны, обладает ее приграничной частью: так достигшие неба имеют в своем обладании пройденное ими и не перестают быть участниками жизни воинствующей Церкви.

         Святые апостолы, отойдя из этого мира, совлекшись тела земного, не совлеклись тела Церковного. Они не только были, но они и остаются основаниями Церкви: Церковь созидается на основании апостол и пророк, сушу краеугольному самому Иисусу Христу (Ефес. 2, 20). Находясь на небе, они продолжают быть в общении с верующими на земле.

         Такое понимание присуще древней святоотеческой мысли, восточной и западной. Вот слова Златоуста:

         «Опять память мучеников, и опять праздник и духовное торжество. Они страдали, и мы радуемся; они подвизались, и мы ликуем; их венец — общая слава, или лучше, слава всей Церкви. Как же, скажешь, это может быть? — Мученики суть наши части и члены: но аще страждет един уд, с ним страждут вси уди: аще ли же славится един уд, с ним радуются вси уди. Венчается голова, — и остальное тело ликует. Один делается победителем на олимпийских играх, — и весь народ веселится и принимает его с великою славою. Если же на олимпийских играх получают такое удовольствие те, которые нисколько не участвовали в трудах, то тем более это может быть по отношению к подвижникам благочестия. Мы ноги, а мученики — голова; но не может рещи глава ногама: не требе ми есте (1 Кор. 12, 21). Прославлены члены, но превосходство славы не отчуждает их от союза с остальными частями: ибо тогда особенно они и славны, когда не чуждаются союза с ними»... «Если Владыка их не стыдится быть нашим Главою, то тем паче они не стыдятся быть нашими членами, ибо в них выражена любовь, а любовь обыкновенно соединяет и связывает разобщенных, несмотря на разность их по достоинству» ( св. Иоанн Злат. Похвальное слово св. Мученику Роману).

         «Ибо души благочестивых усопших, — говорит блаж. Августин, — не отходят от Церкви, которая является царством Христовым. Посему и на алтаре Господнем совершается память их в принесении Тела Христова... Почему бы это совершалось, как не потому, что верные даже после смерти остаются членами ее (Церкви)?»

         Приснопамятный русский пастырь о. Иоанн Кронштадтский в своих «Мыслях о Церкви» пишет: «Признавай, что все святые — старшие братья наши во едином дому Отца Небесного, которые с земли перешли на небо, и всегда они в Боге с нами, и постоянно нас учат, руководят к жизни вечной, посредством составленных ими церковных служб, таинств, обрядов, поучений, установлений церковных, как — постов, праздников, — и так сказать, вместе с нами служат, поют, говорят, поучают, помогают нам в разных искушениях и скорбях; и призывай их как живущих с тобою под одним кровом; прославляй, благодари их, беседуй с ними, как с живыми; — и ты будешь веровать в Церковь...» (о. Иоанн Кронштадтский. «Что значит веровать в Церковь? Мысли о Церкви и православном богослужении»).

         Церковь в молитвенных обращениях к апостолам и святителям называет их своими «столпами», на которых и ныне утверждается Церковь. Ты еси столп церковный:...столпи церкви есте: ...ты еси пастырь добрый и учитель теплый, святителю: ...вы есте очи Христовы Церкве: ...вы есте звезды церковные:... Согласно сознанию Церкви, святые, отойдя на небеса, составляют как бы небосвод церковный. Честную твердь церковную, яко звезды величайшие просвещаете присно, и верные озаряете, мученицы божественные, Христовы воини (в общей службе мученикам). Яко звезды многосветлые мысленно возсиявше на церковной тверди всю тварь просвещаете (в службе священномученикам). — Основание для таких обращений к святым находится в самом слове Божием. В Откровении св. Иоанна Богослова читаем: Побеждающаго сотворю столпа в церкви Бога моего (Откр. 3, 12). Таким образом, святые суть столпы Церкви не только в прошлом, но и во все времена.